Боль в пупке у ребенка и рвота часто возникают, когда пищеварительный тракт одновременно реагирует болью на раздражение или напряжение стенок кишечника, а рвотный центр в головном мозге получает сигнал о «неполадках» со стороны желудка, кишечника или брюшины. Вокруг пупка обычно проецируются ощущения от тонкой кишки и брыжейки, поэтому боль в этой зоне нередко связана со спазмами или растяжением петель кишечника. Если кишечник сокращается несогласованно, возникает спазм, то есть резкое сжатие гладкой мускулатуры. В момент спазма повышается давление в просвете, ухудшается местный кровоток в стенке, активируются болевые рецепторы и формируется схваткообразная или волнообразная боль. Одновременно такие сигналы по вегетативным нервам включают тошноту и могут запускать рвоту как защитный рефлекс, который должен убрать раздражающее содержимое и снизить нагрузку на пищеварительную систему.
Другой частый механизм болеобразования — воспаление слизистой при гастроэнтерите. Когда вирусы или бактерии повреждают слизистую желудка и кишечника, организм выделяет медиаторы воспаления, которые повышают чувствительность нервных окончаний. Из-за этого даже обычное движение пищи или газа по кишке ощущается болезненнее, а перистальтика (волнообразные сокращения кишечника) становится ускоренной и «неровной», что усиливает колики вокруг пупка. Воспаление желудка и двенадцатиперстной кишки дополнительно раздражает рецепторы в верхних отделах, и сигнал по блуждающему нерву (главный нерв, связывающий желудок с мозгом) активирует рвотный центр. Поэтому при инфекционном процессе нередко появляется сочетание центральной боли в животе и многократной рвоты, иногда еще до развития поноса.
Существует и механизм болеобразования, когда ведущим становится нарушение прохождения содержимого по кишечнику, когда ведущим становится нарушение прохождения содержимого по кишечнику. Если возникает частичная или нарастающая непроходимость, кишечные петли перерастягиваются, в стенке накапливаются жидкости и газы, усиливается давление, и боль становится более интенсивной, часто приступообразной. Организм пытается «разгрузить» верхние отделы, и возникает рвота; при продвижении содержимого назад в сторону желудка рвотные массы могут становиться обильными. При диагностике причины боли у детей следует учитывать инвагинацию, когда один участок кишки «входит» в другой как телескоп: это вызывает резкие волны боли, вегетативную реакцию с бледностью и потливостью и часто рвоту, потому что кишечник реагирует на препятствие спазмом и отеком.
Сочетание боли и рвоты возникает и в начальной стадии аппендицита. На ранних этапах раздражение идет по висцеральным нервам, поэтому боль часто ощущается около пупка и не имеет четкой точки. Рвота возникает как реакция на воспаление и раздражение брюшины и кишечника, а также на общую интоксикацию (попадание воспалительных веществ в кровь). По мере вовлечения брюшины боль обычно «смещается» и становится более локальной, но стартовая картина у ребенка нередко начинается именно с околопупочной боли и тошноты.
Иногда рвота присоединяется из-за сильной боли и активации вегетативной нервной системы. У детей любой выраженный болевой импульс из брюшной полости может сопровождаться тошнотой, потому что центры боли и рвоты функционально связаны. Первопричиной может быть запор с выраженным газообразованием: кишечник перерастянут, возникает коликообразная боль, и на высоте приступа ребенок может вырвать из-за резкого раздражения рецепторов и повышения тонуса блуждающего нерва. Наконец, у некоторых детей встречается абдоминальная мигрень: это состояние, при котором из-за особенностей нервной регуляции сосудистого тонуса и чувствительности кишечника возникают приступы центральной боли в животе с тошнотой и рвотой, иногда без признаков инфекции.
Абдоминальная мигрень — это функциональное нейрогастроэнтерологическое расстройство, при котором у пациента возникают повторяющиеся приступы выраженной боли в животе, чаще в околопупочной области или по средней линии, сопровождающиеся вегетативными проявлениями и типичными для мигрени феноменами, при этом при обследовании не выявляется структурного поражения органов брюшной полости, способного объяснить интенсивность симптомов. В современной клинической практике абдоминальную мигрень рассматривают как один из вариантов «мигренозного спектра» с преимущественной соматической, то есть висцеральной, манифестацией, поскольку у части пациентов со временем формируются классические мигренозные головные боли, а у многих имеется семейный анамнез мигрени, кинетозов или других пароксизмальных состояний.
Под причинами абдоминальной мигрени понимают не единичный фактор, а сочетание наследственной предрасположенности и триггеров, которые запускают приступ у конкретного человека. Генетическая компонента проявляется тем, что у ребёнка или подростка с абдоминальными приступами нередко обнаруживаются близкие родственники с мигренью, а также повышенная реактивность нервной системы, связанная с особенностями ионных каналов, нейромедиаторного обмена и работы сосудисто-нейронных контуров. В качестве провоцирующих факторов чаще выступают нерегулярный сон, психоэмоциональное напряжение, пропуски приёмов пищи и гипогликемия, обезвоживание, чрезмерные сенсорные нагрузки, некоторые пищевые продукты, включая богатые биогенными аминами или содержащие глутамат натрия, а также интеркуррентные инфекции и гормональные колебания, которые меняют пороги возбудимости центральной и периферической нервной системы. У части пациентов важную роль играют кинетозы, укачивание, резкая смена режима, длительные поездки и перегрев, поскольку эти факторы вовлекают вестибуло-вегетативные связи и усиливают дисрегуляцию автономной нервной системы.
Механизмы развития абдоминальной мигрени описывают через концепцию оси «головной мозг — кишечник», при которой центральные нейрональные сети, регулирующие боль, эмоции и вегетативные реакции, функционально связаны с энтеральной нервной системой и иммунно-эндокринной средой слизистой оболочки желудочно-кишечного тракта. Предполагается, что при абдоминальной мигрени возникает транзиторная нейроваскулярная дисфункция с участием тройнично-вегетативных путей, таламо-кортикальных структур и стволовых центров, которые модулируют висцеральную ноцицепцию, то есть передачу болевых сигналов от внутренних органов. Существенную роль в патогенезе отводят кальцитонин-ген-связанному пептиду, или CGRP, который является ключевым медиатором мигренозной боли и способен влиять на сосудистый тонус, нейрогенное воспаление и чувствительность афферентных волокон, а также серотонинергическим механизмам, поскольку серотонин участвует и в мигрени, и в регуляции моторики кишечника, и в формировании висцеральной гиперчувствительности. Приступ может формироваться как результат снижения порога возбудимости болевых путей с феноменом центральной сенситизации, когда даже умеренные стимулы со стороны кишечника, например физиологическое растяжение газами или нормальные перистальтические волны, воспринимаются как интенсивная боль, а параллельно развивается вегетативный дисбаланс с тошнотой, бледностью, потливостью и иногда субфебрилитетом. Дополнительным звеном может быть нарушение моторики, в частности эпизоды гастропареза или замедления антрально-дуоденального транзита, что способствует тошноте, снижению аппетита и формированию порочного круга, при котором отказ от еды и обезвоживание повышают вероятность следующего приступа.
Риски абдоминальной мигрени связаны не с прямой угрозой органного повреждения, а с хронической нагрузкой на качество жизни, поскольку повторяющиеся приступы приводят к пропускам школы или работы, формируют тревожное ожидание боли, нарушают сон и аппетит, а при частой рвоте могут сопровождаться обезвоживанием, электролитными сдвигами и кетозом, особенно у детей. Клинически значимым риском является диагностическая задержка и чрезмерная инвазивность обследований, когда при недостаточном знании критериев абдоминальной мигрени пациенту многократно выполняют инструментальные исследования, а иногда и необоснованные хирургические вмешательства, поскольку приступообразные боли в животе традиционно воспринимаются как возможная «острая хирургическая патология». Ещё один риск заключается в том, что на фоне функционального расстройства может сосуществовать органическое заболевание, поэтому клиницист обязан исключить «красные флаги», чтобы не приписать серьёзную патологию мигренозному механизму.
С точки зрения возрастной предрасположенности абдоминальная мигрень наиболее типична для детского возраста, особенно для младших школьников и подростков, причём у значительной части пациентов в более старшем возрасте она трансформируется в классическую мигрень с головной болью или начинает чередоваться с ней, что поддерживает представление о единой патогенетической основе. Гендерная предрасположенность в детстве выражена умеренно, однако с приближением пубертата и в подростковом возрасте, как и при мигрени в целом, чаще отмечается преобладание у девочек, что связывают с влиянием эстрогенов на нейрональную возбудимость, сосудистую реактивность и нейромедиаторные системы. У взрослых абдоминальная мигрень встречается реже и нередко диагностируется ретроспективно по анамнезу детских приступов, хотя возможно сохранение абдоминальных пароксизмов и во взрослом возрасте, особенно при выраженной мигренозной наследственности и сопутствующих тревожно-депрессивных расстройствах.
- бледный цвет кожи
- боль в животе
- боль около пупка
- головная боль
- повышенная раздражительность
- повышенная чувствительность к запахам
- повышенная чувствительность к свету - фотофобия
- рвота
- сонливость - гиперсомния
- тошнота
- хроническая усталость - повышенная утомляемость
Дивертикул Меккеля представляет собой истинное врождённое мешковидное выпячивание стенки подвздошной кишки, которое включает слизистую, подслизистую, мышечный слой и серозу, и поскольку оно является рудиментом эмбриональных структур, то чаще всего располагается на антимезентериальном крае в терминальном отделе подвздошной кишки и длительное время может не вызывать каких-либо ощущений, оставаясь анатомической находкой, выявляемой случайно при визуализации или во время оперативного вмешательства по другому поводу. Возникновение дивертикула обусловлено нарушением внутриутробного развития, при котором желточный, или омфаломезентериальный, проток, обеспечивавший на ранних этапах эмбриогенеза связь средней кишки с желточным мешком, не подвергается полноценной облитерации, вследствие чего сохраняется участок ткани, формирующий слепо заканчивающийся дивертикул, и хотя сама по себе эта особенность не всегда клинически значима, она создаёт анатомическую основу для ряда осложнений.
Механизмы развития симптомов определяются тем, какие ткани и функциональные элементы присутствуют в дивертикуле и как он взаимодействует с окружающими структурами, поскольку в его стенке нередко встречается гетеротопия, то есть наличие слизистой, нехарактерной для подвздошной кишки, чаще желудочного типа, и при сохранённой кислотопродукции такая слизистая формирует агрессивную среду, в которой кислота и пепсин повреждают прилежащую кишечную слизистую, вызывая пептическую язвацию, эрозирование сосудов и кровотечение, при этом болевой синдром может быть умеренным или отсутствовать, тогда как проявления кровопотери становятся ведущими. Одновременно значимы механические факторы, поскольку дивертикул может служить «ведущей точкой» для инвагинации, он способен вовлекаться в заворот или формировать условия для внутренней грыжи, а при наличии фиброзных тяжей и эмбриональных связок возможно натяжение и фиксация петель тонкой кишки, что повышает риск странгуляции и ишемии, и именно эти механизмы чаще реализуются внезапно, формируя картину кишечной непроходимости. Кроме того, дивертикул может воспаляться, когда застой содержимого и бактериальная контаминация сочетаются с ишемией стенки, а воспалительный инфильтрат распространяется на серозу и окружающую клетчатку, вследствие чего возникает локальная перитонеальная реакция, которая клинически способна имитировать другие причины острого живота.
Риски при наличии дивертикула Меккеля связаны прежде всего с кровотечением из тонкой кишки, с развитием кишечной непроходимости и с воспалительными осложнениями вплоть до перфорации и перитонита, причём вероятность осложнений существенно варьирует и зависит от морфологии дивертикула, наличия гетеротопированной слизистой, длины и ширины основания, а также от присутствия фиброзных тяжей, которые создают условия для патологической фиксации кишки. Отдельно рассматривают риск опухолевых процессов в области дивертикула, который в целом невелик, но клинически важен тем, что новообразование может проявляться хронической анемизацией, непроходимостью или воспалительным синдромом, маскируясь под более частые причины абдоминальной симптоматики. Возрастная предрасположенность описывается так, что клинические проявления особенно часто возникают в детском возрасте, когда кровотечение и инвагинация встречаются сравнительно чаще, тогда как у взрослых дивертикул нередко обнаруживается при обследовании по поводу неспецифической боли или непроходимости, и при этом в симптомных случаях обычно отмечают преимущественное выявление у лиц мужского пола, хотя сама врождённая аномалия может присутствовать у людей любого пола.
- боль в животе
- боль в нижней части живота
- вздутие живота
- запор
- кровь в стуле
- недостаточность железа - анемия
- общая слабость в теле
- пуканье и метеоризм
- рвота
- тошнота
Инфекционный колит представляет собой воспалительное поражение слизистой и подслизистого слоя толстой кишки, которое развивается вследствие инвазии или токсигенного воздействия микроорганизмов и сопровождается нарушением барьерной функции эпителия, дисрегуляцией секреции и моторики, а также формированием локальной и системной воспалительной реакции, при этом клиническая картина определяется как свойствами возбудителя и его вирулентными факторами, так и состоянием иммунной защиты и микробиоты хозяина. Причинные агенты чаще всего включают бактериальные патогены, способные вызывать инвазивное воспаление или секреторную диарею через энтеротоксины, вирусы, которые повреждают энтероциты и изменяют транспорт воды и электролитов, а также простейших и паразитарные организмы, которые могут формировать более длительное течение за счёт персистенции и иммуноопосредованного повреждения, и поскольку источник инфицирования нередко связан с пищевым и водным путём передачи, значимую роль играют контаминированные продукты, нарушения санитарии и контактно-бытовые механизмы. Механизм развития инфекционного колита начинается с адгезии возбудителя к эпителию и либо прямой инвазии в слизистую с разрушением межклеточных контактов, либо высвобождения токсинов, которые активируют аденилатциклазные и гуанилатциклазные пути, усиливают секрецию хлора и воды в просвет и подавляют абсорбцию натрия, вследствие чего формируется диарейный синдром, а при инвазивном варианте дополнительно возникает выраженный нейтрофильный воспалительный инфильтрат, микроэрозии и поверхностные язвы, которые приводят к примеси слизи и крови и усиливают болевой синдром за счёт сенситизации висцеральных ноцицепторов. Поскольку воспаление сопровождается активацией врождённого иммунитета через рецепторы распознавания паттернов, высвобождением интерлейкинов и факторов некроза опухоли и повышением проницаемости сосудов, развивается отёк слизистой и подслизистого слоя, нарушается перистальтическая координация, усиливаются спастические сокращения и тенезмы, а системная реакция проявляется лихорадкой, слабостью и тахикардией, причём при тяжёлом течении дегидратация, электролитные сдвиги и гиповолемия могут приводить к ухудшению тканевой перфузии и вторичным метаболическим нарушениям. Важной частью патогенеза является дисбиоз, поскольку инфекция и последующая воспалительная реакция изменяют состав микробиоты, снижают колонизационную резистентность и способствуют разрастанию условно-патогенной флоры, а антибиотик-ассоциированные механизмы могут дополнительно нарушать микробный баланс и усиливать воспаление за счёт токсин-опосредованного повреждения эпителия, вследствие чего формируются затяжное течение, рецидивирование и риск осложнений. К факторам риска относятся употребление небезопасной воды и пищи, поездки в регионы с высоким уровнем кишечных инфекций, пребывание в организованных коллективах, тесные бытовые контакты, несоблюдение гигиены и профессиональные контакты с пищевыми продуктами, а также состояния, снижающие иммунную защиту и барьерную функцию кишечника, включая пожилой возраст, ранний детский возраст, беременность, хронические заболевания, гипохлоргидрию, приём ингибиторов протонной помпы и иммуносупрессивную терапию, при этом предшествующий или текущий приём антибактериальных препаратов повышает вероятность развития колита, обусловленного дисбиотическими механизмами и токсин-опосредованным воспалением. Гендерная предрасположенность для инфекционного колита как такового выражена минимально, и различия по полу чаще отражают особенности экспозиции и поведения, тогда как возрастная предрасположенность более заметна, поскольку у детей вследствие незрелости иммунного ответа и более высокой восприимчивости к дегидратации заболевание чаще протекает симптомно и иногда тяжело, а у пожилых из-за коморбидности, снижения резервов и более частого применения лекарственных средств риск осложнений и госпитализации возрастает.
- боль в животе
- боль в нижней части живота
- боль около пупка
- высокая температура - гиперпирексия
- диарея - понос
- кровь в стуле
- пуканье и метеоризм
- рвота
- слизь в стуле
- тошнота
- урчание в животе
- учащенное сердцебиение - тахикардия